Код Петипа, или В поисках Раймонды, часть 4. Абдеррахман!

 

© some rights reserved. Вы можете перепечатать эту статью с обязательным указанием автора и работающей гиперссылки на эту страницу. Мы будем внимательно следить за выполнением этих условий.
img_1

Автор

Иван Семиреченский

Вот дела… Ну, ладно, возможно, первоначальная версия повести Пашковой могла выглядеть и с учетом этой правдивой действительности. Вполне может быть, что интрига противостояния в ней происходила не между сарацином и франком а между хорошим франком и плохим франком, например между Жанном де Бриенном и Фридрихом II за дочь первого. Но потребовалось соблюсти политкорректность, тем более, что, как правильно подмечено, Франция тогда вела войну в Африке (Тунисе). Так и появился Абдерахман, или правельней писать Абдеррахман.

Стареющий и ностальгирующий по Франции хорограф Питербурга и всея руси М. И. Петипа с радостью взялся за создание балета о родине и ее легендах не знать которые он, образованный человек немог. Возможно именно он, уроженец Марселя, добавил туда и трубадуров и Ивана, а может и Раймонду, посколько первоначально балет назывался «Белая дама». Известно только, что либретто переписывал Петипа, а потом директор Императорских театров.

Взгляды на обстоятельства встречи Вани де Бриенна и Раймонды у этих людей могли различаться, как могли различаться и взгляды на роль Абдеррахмана в этой веселой истории. Этот персонаж здорого выбивается из временных и географических рамок балета. В самом деле, как это мусульманский вождь с целым колхозом танцующих подданных и армией сарацинов прогулялся на именины к христианской девчонке во Францию? Тут все гораздо проще, чем вам кажется, только заполним ваш пробел в знаниях по истории так, как я заполнил свой.

Были времена, когда территория, которую мы привыкли называть католической европейской Испанией, была набором мусульманских эмиратов а Лангедок был ареной борьбы между христианством и мусульманством. Пришедшие в 711 г. из Мавритании арабы постепенно завоевали почти весь Пиренейский полуостров назвав эту территорию Аль-А́ндалус. В 721 г. они продолжили свои завоевания вторгшись в Септиманию (так назывался Лангедок в то время и далее я эту местность я буду называть Лангедок чтобы не путать читателя) под предводительством Аль-Самх ибн Малика. Аль-Самх стремительно захватил почти не оказывавшие сопротивления города Нарбонну, Безье, Агд, Лодев, Магелон и Ним, находившиеся до того под контролем визиготских графов. В 721 г. Аль-Самх ибн Малик двинулся к Тулузе, тогда столице герцогства Аквитания где столкнулся с ее защитником Эдом Аквитанским, был окружен и погиб. От полного разгрома арабскую армию спасла только энергия принявшего на себя коммандование наместника Абд ар-Рахмана аль-Гафаки или более привычное нам имя Абдеррахман аль-Гафаки.

Абдеррахман был родом из сегодняшнего Туниса и наместником Аль-А́ндалуса, т. е. следующим по званию после убитого эмира. Судя по всему он снискал славу и уважение в войсках потому, что после сражения солдаты провозгласили его эмиром. Но вскоре прибыл назначенный «сверху» эмир и Абдуррахман продолжал успешно воевать во главе сарацинского войска. В 732 г. Он разбил войска Отмана бен Абу Низа и герцога Аквитанского. После чего он безпрецеденнтно продвигался вглюбь территории франков и его успехи грозили самому существованию христианской цевилизации:

«Но Абдурахман разбил его, и воины Абдурахмана сильно поднялись духом после ряда побед и исполнились верой в храбрость и опытность эмира. Затем мусульмане переправились через Гаронну, опустошили всю страну и захватили множество пленных; войско их прошло по стране подобно, всеуничтожающему вихрю. Успех сделал воинов ненасытными. На переправе Абдурахман нагнал графа, который поспешил укрыться в крепость, но мусульмане взяли её штурмом и убили графа: все отступало перед их мечами, убивавшими все живое. Все франкские народы дрожали перед этим страшным войском и обратились к своему королю Калдусу (Карл Мартелл) и рассказали ему про опустошения, произведенные мусульманскими всадниками, которые свободно рыскали по всей стране, между Нарбонной, Тулузой и Бордо, и сказали королю про убиение графа. Король старался ободрить их и обещал подать им помощь. И в 114 г. (хиджры, см. Хиджра) он сел на коня, собрал неисчислимое войско и двинулся против мусульман; и он встретил их около большого города Тура.»

Около Тура 10 октября 732 г началась битва которая осталась в истори под названием «Битва при Пуатье» и долгое время служила для историков переломной точкой истории, остановив продвижение, а в итоге и предвосхитив поражение мусульманской цивилизации и невиданный расцвет христианской. На Западе вскоре поднимется Франское королевство, а халифат Омейядов рухнул как карточный домик. Это являет собой религиозно-политическую подоплеку личности Абдеррахмана и вероятную причину его появления в либретто. Во всяком случае, если и был кто-то добавлен в поэму Пашковой со стороны, так это он, потому что все остальные персонажи либретто жили одновременно в другом отрезке времени. Конечно, существовали другие Абдеррахманы и до и после и даже на территории погибающей мусульманской Испании, вот их список:

Абд ар-Рахман (Абдаррахман; араб. عبدالرحمن‎‎ — букв. «слуга Всемилостивого»:

Имя нескольких эмиров Кордовского эмирата (с 929 — Кордовского халифата)

Абд ар-Рахман I (731—788) — эмир с 756.

Абд ар-Рахман I по прозвищу «ад-Дахил» («Пришелец») (731—788) — эмир с 756, основатель династии кордовских Омейядов и эмирата на Пиренейском полуострове.

Абд ар-Рахман II (792—852) — правнук Абдаррахмана I, эмир с 822. Отличался веротерпимостью.

Абд ар-Рахман III («ан-Насир» — «Победоносный») (891—961) — эмир с 912, халиф с 929. В нём текла также баскская кровь (басками были его мать и мать отца). Предпринял поход против христиан, разбил христианских королей Леона и Наварры. Правление Абдаррахмана III — апогей расцвета аль-Андалуса и кордовских Омейядов.

Ближе всех (но всеже далеко) по времени к повествованию в Раймонде перечисленные ниже, но их судьба столь непримечательна, что вряд ли о них вообще вспомнили при написании либретто:

Абд ар-Рахман IV стал халифом в 1018 г. В том же году был убит в результате заговора.

Абд ар-Рахман V назвался таковым, хотя был братом ранее убитого халифа Мухаммада II. В свою очередь был вскоре убит камнем выпущенным толпой при востании.

Вообщем обстоятельства появления Абдеррахмана в либретто ясны. Непонятно только зачем понадобилось принебригать явным временным несоответствием и ломать тем самым весь сюжет, основанный на реальных персонажах. Можно было выбрать любого другого жившего в соответствующие времена арабского вождя, тем более недостатка в выборе нет. Да и одной только символичности Кордовского Абдеррахмана недостает. Всеже, надо внимательно присмотрется не ко времени принадлежащему событиям в либретто, а к событиям происходящим во время его создания.

Здесь уместно сделать короткое, но важное отступление. Противостояние мусульманского и христианского мира началось не теперь. Интервенции христиан в мусульманский мир с целью вернуть их на путь истинный, как вы понимаете, начались не с войны СССР в Афганистане или Американцев в Персидском заливе. Аль Кайды своего времени существуют со времени, когда последователи пророка Мухамеда узнали о существовании угрозы со стороны людей, исповедующих другие религии.

Так вот, колониальная война Англии, Франции и Италии на территории Марокко в конце 19 го века была лишь звеном этой длинной цепи. Главной задачей этой войны был раздел сфер влияний в Африке между вооруженных до зубов представителями западной цивилизации. Самих африканцев пригласить на это обсуждение, конечно, позабыли. С этой ситуацией никак не мог согласиться султан Марокко Мулай Абд ар-Рахман. Оказав повсеместное сопротивление европейцам он стал Бенладеном своего времени. После захвата французами в 1830 Алжира, народ и а затем и лидер алжирского сопротивления эмир Абд аль-Кадер заявили о своем вассалитете султану Марокко Мулай Абд ар-Рахману. Под давлением французов султан отказал в помощи алжирцам, но в 1844 г. он все же решился отправить марокканскую армию на помощь Абд аль-Кадеру на что французы ответили бомбардировкой Танжера и Могадора и в сражении на берегу р. Исли на границе с Алжиром разгромили армию султана. Стремясь помешать проникновению французов с востока, Мулай Абд ар-Рахман заручился поддержкой Великобритании. Следующий правитель Марокко – Сиди Мухаммед ибн Абд ар-Рахман ввязался в войну с Испанией в которой Великобритания выступила протекторатом Марокко.

Таким образом мы наблюдаем отголосок противостояния Иберийских (Испанских) холифов и Абд ар-Рахманов с континентальной Европой. Абд ар-Рахман средневековья и Абд ар-Рахман времен Петипа и Пашковой были ревнители своей веры и слугами своего народа. Хоть и косвенным намеком, в качестве классического “плохого” было выбрано зло современности.

Кому предписывать это демонстративное политиканство? Петипа? Да, он француз. Но давно уже обрусевший Мариус Иванович. Пашкова? Возможно. Она ваедь одной ногой была в России. Всеволожский? Россия в этом теотрально-военном действии никак не участвовала. А в чем-же она участвовала в то время? Представьте себе, Россия проводила экспансию в Афганистан! После того, как русские захватили территорию к югу от реки Амударьи и Мервского оазиса, “Большая Игра” (так называли в то время многолетнее холодное противостояние Британии и России за интересы в Афганистане) стала на глазах превращаться в открытое военное действо. Затем как Россия расширила границы Туркменистана (в то время российская Закаспийская область) до Афганского селения Пенджеде, близ лежащее селение Мерва приняло русское подданство добровольно.

Тут возникла необходимость обсудить новые границы с Британией, под протекторатом которой находился тогда Афганистан. Для этого была создана совместная разграничительная комиссия результатом работы которой оказались притязание России на новые территории. Обалдев от такой наглости, и испугавшись дальнейшего продвижения русских, Афганистан послал в зону конфликта дополнительные войска.

Так мы с вами приближаемся к столкновению начальника Закаспийской области генерала Комарова и эмира Афганистана. Угадайте кого? Правильно! Абд ар-Рахмана или как тогда его называли – Абдуррахмана. 18 марта 1885 г. генерал Комаров перешел в наступление. К утру противник потерял около 600 человек против 40 у Российской Империи и отступил. Этот военный инцидент активно обсуждался в мировой прессе и поставил Россию на грань войны с Великобританией. Однако дипломатам удалось замять эту историю и у России появился самый южный город. Его назвали Кушка.

Подвижничество Комарова было воспето в Российском обществе. Пашкова, как хроникерша, не могла пропустить такого события, ведь ближний и дальний восток был ее вотчиной. Значит все-таки Пашкова добавила ложку дегдя в виде Абдеррахмана намекая на современного Абдуррахмана? Это мог быть кто -то из нашей троицы, кто жил с 1969 по 1979 г.г. в Ташкенте или Самарканде. Потому что в это время там укрывался изгнанный Афганский Абдуррахман. Возможно кто-то был с ним даже знаком. Позже он так писал об этой поре своей жизни:

“Одиннадцать лет я провел в русском городе, проводя дни на охоте. На моей конюшне стояли всегда готовыми для меня 20 верховых коней и 10 вьючных осликов, а также хорошие охотничьи сокола. Так проводил я время в забавах, чтобы облегчить мое горе. Все время мы очень нуждались в деньгах, так как расходы были значительны, а получаемая мною ежемесячная субсидия очень мала; но я не имел никаких прав на предъявление требований к русским и был им очень благодарен и за ту малую сумму, которая мне была ассигнована?”

В конце 1879 г., узнав о развернувшемся в Афганистане антианглийском восстании, Абд ар-Рахман-хан вернулся на родину. Едва он появился в Бадахшане и призвал народ к борьбе за веру, местные племена стали собираться под его знамена. Вскоре весь Бадахшан признал его власть. Собрав большую армию, он двинулся на Кабул. В этих условиях английская администрация, трезво оценив создавшееся положение, предложила Абд ар-Рахману стать эмиром Афганистана. Абд ар-Рахман ответил согласием. 21 июля 1880 г., находясь в Чарикаре, он объявил о своем восшествии на престол. Объединив страну под своей властью, Абд ар-Рахман-хан установил здесь режим строгой изоляции. Европейцам был строго запрещен доступ в Афганистан. Подданным эмира за выезд из Афганистана без специального разрешения грозила смертная казнь. Эмир категорически противился всем предложениям англичан о строительстве железной дороги. Абд ар-Рахман вообще был жестоким и безжалостным правителем. Суровыми репрессиями он добился покорности племенной знати и бесперебойного поступления налогов. Об особенностях повседневной жизни Абд ар-Рахмана можно узнать из его любопытной “Автобиографии”:

“Желающим знать подробности из моей жизни, – пишет эмир, – я должен сказать, что у меня нет определенного времени ни для еды, ни для сна…
…Встав со сна, я раньше всего принимаю моих докторов. После докторов является портной, который приносит несколько полных костюмов, скроенных на европейский лад, я выбираю себе один из них для потребностей текущего дня. Ежедневно у меня бывают в носке очень простые костюмы в европейском вкусе. В исключительных случаях я надеваю мундир военный или дипломатический. После того, как я оденусь и умоюсь, приходит заведующий чаем, подающий мне чай и легкий завтрак. В течение всех 24 часов дня и ночи я не имею ни определенного времени, ни определенной программы для моих работ: я работаю беспрерывно с утра до вечера и с вечера до утра как любой поденщик.
По ночам я все вижу те же сны – отсталое положение моей страны, и все думаю об одном, как бы защитить Афганистан, этого бедного козла, на которого с двух сторон, как на верную жертву, зарятся страшный лев (Англия) с одной стороны и страшный медведь (Россия) с другой, готовые проглотить эту жертву при первом случае. Конечно, я очень люблю навещать мой гарем и проводить вечера среди моей семьи, но, я не могу выкроить для этого какие-нибудь часы и пользуюсь поэтому лишь случаем.”

Справедливости ради надо сказать, что как настоящий благородный мусульманский рыцарь Абд ар-Рахман не забыл русского гостеприимства и именно благородя ему Британия не “сцепилась” с Россией оставив поход Комарова в истории как “приграничный инцидент”.